Ядерный взрыв под Усть-Кутом во время СССР. Почему Иркутскую область назвали маленькой Хиросимой

21:04 | 03.10.2019 | История » Регион38 » Усть-Кут | 3 804 | 0


В регионе оставили свой след 13 ядерных взрывов

Мирные ядерные взрывы? Вы хоть раз слышали о таком? А, между прочим, в историю Иркутской области они вписаны. И это не секретная информация, отнюдь! В советское время существовала специальная программа «Ядерные взрывы для народного хозяйства», по ней с 1965 по 1988 годы провели 120 испытаний.

На территории региона ядерное оружие в мирных целях взрывали дважды. По официальной версии, «в целях сейсмического зондирования земной коры». Для региона, где постоянно случаются землетрясения, тема особенно важная, верно? Первый взрыв раздался на севере — в Усть — Кутском районе, близ Марковского нефтяного месторождения. Второй — возле села Борохал Усть-Ордынского Бурятского округа. Последствиями отличился именно этот подземный взрыв, который получил название «Рифт-3». Долгие годы спустя ученые будут изучать связь между испытаниями и увеличением смертности в близлежащих поселках.

А всего на территории Иркутской области свои следы оставили 13 ядерных взрывов. В частности, после испытаний в 1953 году на Семипалатинском полигоне водородной бомбы мощностью 400 килотонн, в 25 раз больше хиросимской, радиоактивный след ушел прямо на Байкал. Каковы их последствия для региона? Выяснила «Комсомолка».

Половину хиросимской бомбы взорвали в Осинском районе

Иркутянин Сергей Колесников, академик РАН, заслуженный деятель науки РФ, профессор МГУ имени Ломоносова, в 1990-е годы стал инициатором проведения исследований по теме мирных ядерных взрывов. В то время он являлся сопрезидентом международного движения «Врачи мира за предотвращение ядерной войны».

— Мы вместе с двумя другими учеными — Владимиром Поповым и Александром Емельяненковым, в 1993 году впервые опубликовали атлас ядерных испытаний в мирных целях, которые были проведены на территории бывшего СССР, — поделился воспоминаниями Сергей Колесников. -В атлас вошли 127 взрывов, в том числе два — в Иркутской области.

Карта радиационной опасности Прибайкалья.

Карта радиационной опасности Прибайкалья.

Итак, в 1977 году в 120 км на северо-восток от Усть-Кута для глубинного сейсмического зондирования земной коры прогремел «Метеорит-4». Взорвали ядерное оружие мощностью 7,6 килотонны. Это произошло в малонаселенной местности, и об испытаниях быстро забыли. Проведенные в 1990-х – 2000-х годах исследования показали: радиационная обстановка на этой территории соответствует естественному фону.

По взрыву на севере области вопросов не было. Местность действительно безлюдная.

А вот «Рифт-3»… Это история о густонаселенной территории Усть-Ордынского Бурятском округа.

— В восьмидесятые годы в семи км от Борохала Осинского района пробурили скважину глубиной 700-800 метров, а 31 июля 1982 года нажали на «кнопку». Взорвали ядерное оружие мощностью около десяти килотонн (!) — это половина хиросимской бомбы. И то, как это было, свидетели тех событий помнят до сих пор…

— Территорию заранее оцепили… — говорят они. – Потом сборщики ягод натыкались на натянутые в лесу провода. Жителям Борохала сказали выйти из домов и собраться в центре села. После взрыва земля пошла волнами, а вода в реке как будто закипела. В Иркутске же, который находится в 150 км от места испытаний, ощущалось землетрясение силой 3 балла.

Не сказать, что жителей областного центра толчок переполошил. Рядом Байкал, землетрясениями здесь никто не удивляется. Тряхануло до тряхануло… С вещами на выход не побежали, через минуту и думать забыли о том толчке. Не знали ведь, что произошло в реальности. А вот в деревнях, что находятся рядом со скважиной ядерного взрыва, трескались печи! Живущие тут люди почувствовали неладное, и еще как… Если даже лес среди лета пожелтел – это ведь неспроста.

— Но сразу после испытаний военные отрицали проблемы, — уверяют местные жители. – Хотя при этом сами быстро покинули территорию, даже не забрав личные вещи.

То, что радиоактивные инертные газы вышли на поверхность, было доказано позднее.

— «Рифт-3» действительно вызывал у нас серьезную озабоченность, — отметил академик РАН. – Мы пригласили ученых, провели исследование радиационного фона. По этим материалам написана одна из диссертаций в Научном центре проблем здоровья семьи и репродукции человека. Там были данные обследований населения Осинского района, которые указывали на некоторые отклонения по заболеваемости. На тот момент искать радиоактивные загрязнения на местности было уже проблематично – с момента взрыва прошло много лет. Но то, что непосредственно после подземного взрыва был выход на поверхность инертных газов, специалисты доказали. Кроме того, были обнаружены стронций и полоний, которые указывали на то, что радиоактивные воды поступили на поверхность из глубины.

Однако Сергей Колесников подчеркнул, что поиск причин роста заболеваемости населения указал не только на «Рифт-3», но и на радиоактивные следы, которые оставили в Иркутской области взрывы на Семипалатинском и Ново-Земельском полигонах.

— Поглощенная населением доза облучения была достаточно велика. Это определили, в том числе, по состоянию зубной эмали. Но, тем не менее, нам не удалось доказать, что жители Иркутской области должны получать компенсации за вред здоровью, -говорит ученый.

Испытания оставили в Иркутской области заметный радиоактивный след. Фото: Дмитрий БЕЛЕЦКИЙ

Испытания оставили в Иркутской области заметный радиоактивный след.Фото: ДМИТРИЙ БЕЛЕЦКИЙ

Есть ли связь с онкологией?

В 2018 году в Иркутской области выявили свыше 11 тысяч случаев онкологических заболеваний. По сравнению с 2017-м этот показатель увеличился на 2,4%.

— Большинство больных поступает в Иркутский областной онкологический диспансер из крупных промышленных городов: Иркутска, АнгарскаБратскаШелехова, — сообщает главный онколог региона Виктория Дворниченко. — Так, в Ангарске, например, на 100 тысяч населения приходится более 500 случаев онкологии, в Иркутске – 480, в Братске – 420. — По распространенности заболеваемости в регионе лидируют три типа рака: кожи, дыхательной системы, в том числе легких, молочной железы.

О связи этой статистики с ядерными взрывами сейчас говорить сложно, последние исследования в этом направлении проводились более 15 лет назад. Однако сохранившиеся данные говорят о том, что она все-таки существует.

Ученые не могли не обратить внимания на то, что жители Иркутской области стали чаще страдать различными характерными для последствий радиационного воздействия заболеваниями. Особую тревогу специалистов вызвало состояние здоровья коренного населения Усть-Ордынского Бурятского округа.

Плотность выпадения цезия -137.

Плотность выпадения цезия -137.

Сибирское отделение Российской академии наук разработало программу, по которой были предусмотрены исследования последствий техногенного загрязнения территорий. В ее рамках весной 2003 года специалисты Института цитологии и генетики Сибирского отделения РАН провели работы в Осинском районе Иркутской области, где произошел взрыв «Рифт-3».

— В Осинском районе было обследовано население поселков Горхон, Борохал,

Обуса. И у 40% от всех обследованных были обнаружены маркеры радиационного повреждения, — рассказала Людмила Осипова, кандидат биологических наук, заведующая лабораторией популяционной этногенетики Федерального исследовательского центра «Институт цитологии и генетики» СО РАН. — В основном мы выбирали для своих исследований людей, которые жили в этих деревнях в то время, когда был произведен подземный ядерный взрыв «Рифт-3», и были в то время детьми или подростками. Это наиболее чувствительная часть — группа риска. Помимо маркеров радиационного повреждения мы обнаружили наиболее типичные для этого региона заболевания: эндокринологические, синдром хронической усталости, нарушение гормонального баланса, ранние гипертензии. Все это неспецифические заболевания, которые очень трудно связать с воздействием радиации, или любого другого фактора. Поэтому они являются сопутствующим критерием для оценки состояния здоровья. Но это и говорит о том, что люди проживают далеко не в комфортной зоне здоровья.

— Нас удивил тогда поселок Харат Эхирит-Булагатского района. Смертность от онкологических заболеваний у живущих там людей среднего и старшего возраста была вызвана заболеваниями различной локализации, очень многоообразной, что позволяло говорить о каком-то серьезном техногенном воздействии, — — отметила Людмила Осипова. — Во многих поселках мы встречали серьезное повышение патологии щитовидной железы. Сталкивались и с врожденными аномалиями: синдром Дауна, шестой палец, заячья губа, волчья пасть, ДЦП. Некорректно говорить, что все эти аномалии могут быть связаны с радиацией. Но, как генетик, я не буду кривить душой: радиационный фактор по силе воздействия превосходит намного все другие. Но реализуется он на фоне разных причин.Также отряд генетиков под руководством Людмилы Осиповой обследовал 600 жителей Эхирит-Булагатского и, Баяндаевского районов. Люди сдавали кровь из вены, проходили углубленное неврологическое обследование, заполняли генетико-демографические анкеты.Для контроля уровень состояния их здоровья сравнили с тем, что характерно для населения Ольхона, не затронутого последствиями взрыва.

Мина замедленного действия

Также она обратила внимание на то, что, когда произошел чернобыльский взрыв и резко возросло число врожденных пороков развития, Всемирная организация здравоохранения всячески пыталась преуменьшить его значение.

— Говорили, что у женщин был авитаминоз, что в тех районах население страдает алкоголизмом, что там плохое питание… Поэтому, по критериям ВОЗ, только рак щитовидной железы у детей считается достоверно связанным с воздействием радиации, — подчеркнула ученый.

Между тем, по ее словам, радиация может изменить судьбу человечества.К примеру, есть долгоживущие радионуклеиды, как углерод-14 (период полураспада пять тысяч лет), плутоний-239 (период полураспада 24 тысячи лет) и никто не знает, насколько эти радионуклеиды распространены, так как такие исследования очень дорого стоят.

— Академик Сахаров пострадал как раз из-за того, что он, как отец водородной бомбы, понимал опасность именно углерода-14, который встраивается во все клетки, в хромосомы, в оболочку, — отмечает Людмила Осипова. — В принципе, из-за того, что он заговорил об этом, он и был репрессирован и попал в ссылку. А ведь люди — углеродные образования, это строительный элемент нашей биологической конструкции, нашего тела. До поры- до времени встроившийся в структуру организма углерод-14 никак себя не проявляет. Потом наступает пора ему распадаться. Когда он распадается, то испускает нейтронное излучение. Оно, в свою очередь, производит дезорганизацию работы хромосом — просто рвет их, ломает, изменяет, создает мутации. Это мина замедленного действия. Он включается во все живые цепи, биологический круговорот. Сколько он будет циркулировать и на каком уровне повредит потомство, очень трудно

спрогнозировать. Не менее опасен и стронций. Аналог кальция, он встраивается в кости. Вдруг у человека начинают болеть суставы, появляются артрозы, артриты. Период полураспада стронция 30 лет. Если он попадает в организм, то существует там до смерти человека и делится когда ему вздумается.

При этом взгляды физиков и генетиков на радиацию расходятся. Физики считают малые дозы безвредными, в то время как генетики придают им очень большое значение.

— С начала 2000-х годов исследований радиационного воздействия на население Иркутской области не проводилось, и чем дальше, тем они будут менее актуальны, потому что доказать влияние радиации на последующие поколения проблематично, ведь факторов, влияющих на здоровье, достаточно много, — обратил внимание академик Сергей Колесников.

— Распутать клубок генетических изменений было сложно уже в 2003 году: кто-то уехал из Борохала и Горхона в Иркутск и другие города и поселки, кто-то умер… — добавила Людмила Осипова.

И, тем не менее, по результатам тех исследований, примерно у 20—40% от всех обследованных в хромосомном анализе периферической крови были обнаружены следы радиации. Маркеры повреждения свидетельствовали не только о воздействии «Рифта-3», было что-то еще. Возможно, это и семипалатинский след, и новоземельский…

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

В Приангарье необходимо возобновить мониторинг радиационной обстановкиЕвгений МИТРОФАНОВ, начальник геологического отдела АО «Урангео»:

— Да, безусловно, взрывы на Семипалатинском и Ново-Земельском ядерном полигонах, подземный ядерный взрыв в Усть-Ордынском округе и другие испытания оставили на территории Иркутской области заметный радиоактивный след.

Вместе с тем, полномасштабные радиоэкологические и экологогеохимические съемки в Иркутской области проводились до 1995 года, то есть более 20-ти лет назад. Какова в регионе радиационная обстановка на сегодняшний день, можно только гадать. А в мониторинг ситуации необходимо проводить минимум раз в 10 лет. Во время исследований, организованных в рамках программ «Радиоэкология городов» и «Радон России», в 18 городах и 5 поселках Приангарья было обнаружено 268 пунктов радиоэкологического загрязнения, в том числе 151 в Иркутске. Проблема в том, что некоторые территории региона не обследовались вообще.

ИСТОЧНИК KP.RU

Добавить комментарий